гюргий нинес. поэзы, стихи, поэзия и др.

          Осина. В зелёном сарафанчике Красива и стройна, Осинушка, осинка, Такая ты одна. Полуденную негу Струит лесная тишь. Осинушка, осинка, Чего же ты дрожишь? Я все твои нерадости, И всю твою беду, Осинушка, осинка, Руками разведу. За красоту зелёную, За молодую стать, Осинушка, осинка, Позволь тебя обнять. Ладонями, как сердцем, По телу проведу. Другой такой осинушки Я больше не найду.

Если пуля просвистнула мимо, Не пугайся – она не твоя. Так и время струится  незримо, Пряча в Лету секрет бытия. Срок придёт, и уйдёшь на рассвете, Но до этого всё же поймёшь, Что прекраснее счастья на свете, Только златокипяшяя рожь.

Всё детство - пора узнаванья, Всей будущей жизни задел, Святое стремленье познанья,                                  Как будто ты только прозрел. И ты познаёшь всё впервые Ничком на траве – мураве: Вот никнут цветы полевые На скошенной колкой траве. Вот тихо лепечет осина, Вот шмель заблудился в траве. И явь журавлиного клина В весенней сквозной синеве. Но годы минули, и ныне, И видишь, и слышишь опять, Как листья звенят на осине, Как сонно мерцает Оять. Как  рокоты громов далёких В надмирной дрожат тишине. Как  коршун на крыльях широких Парит в голубой вышине. Всё так же  лепечет осина На старой заросшей меже, И грусть журавлиного клина, На юг устремлённый уже.

Мы далеки от пониманья, Что жизнь - мгновений череда, Что все прошедшие года Исчезли в вечное молчанье. Лишь только в старости нежданной Поймёшь, что жизни каждый миг До непонятности  велик - Он как безвременье Вселенной.

      Мы острова. Мы острова в безбрежном океане, А океан со временем един. Мгновения волною бьют о камень И обдают нас пеною седин. Нам не сойтись сквозь мрачные пучины, Быть одному – извечная тоска, Лишь волны, как бегущие морщины, Приносят нам привет издалека. Нам мать-земля опора и защита, Она нас родила в экстазе жарких мук, Во мраке глубины невидимо сокрыта Неистовость огня и таинство потуг. Нам недоступна сладостность свиданий, Нам горечь расставаний не грозит, А время бьёт и бьёт волной о камень И рассыпается в песок гранит. Мы острова, мы здесь стоим веками И миг рожденья нами позабыт, Лишь только ветер гладит нас руками, Лишь только волны плещутся в гранит. Мы острова в безбрежном океане.

               Облака. Облака темнеют к горизонту, И затихли - будто  на века, Как войска, стоящие по фронту, Ждущие сражения войска.  Облака приникли к горизонту, Не плывут  – застыли на века, Как войска, лежащие по фронту, Павшие в сражении войска.

                  Река. По-стариковски шаркая ногами Я добреду до берега реки. И, вот она, зыбистыми волнами Струится вдаль, рассудку вопреки. Куда спешит? Чтоб в море растворится? Чтобы исчезнуть,  сгинуть навсегда? А, ведь могла по камешкам струиться, И, вот уже исчезла в никуда. А я вот жив, и шаркаю ногами, И, не  хочу в небытье исчезать. И мысль моя, как стриж под облаками, И мне ещё найдётся что сказать.

Дорога зимняя нарядна, Звенит, сверкает жемчугом, И по дороге безоглядно Скользит повозка с ямщиком. Ямщик, лошадку понукая, Спешит домой на склоне дня, И колокольчик – дар Валдая, Звенит над гривою коня. Но всё прошло, минуло время, Не льётся сверху трель звонка. Машин стремительное племя Ведут потомки ямщика. И, всё ж, меня томит иное, Как будто что-то потерял - Ведь колокольчик под дугою Так упоительно звучал. Теперь пришла пора иная, Иной, моторный колорит, И колокольчик, дар Валдая Уж под дугою не звенит.

           Сполох. Как бестелесный молох Висит полярный сполох. В надмирной стылой вышине, Над вечностью полярной стужи, Висит полотнище огней, Безмолвно, словно страх и ужас. Висит над бездной зрак незрячий, И свет холодный и немой Не блещет молнией горячей, Не льётся лавой огневой. Там нет огня, там только свет: Сквозной, таинственный и стылый. Так над заброшенной могилой Немеет сумрачный рассвет. Висит над Миром зла посев, Как пепел солнечных посланцев, Магнитных бурь холодный гнев, Слепая месть протуберанцев. В неизмеримости пространства, Как эталон непостоянства Не замирает ни на миг. Он не огонь не солнца блик, Он порожденье вечной жути, Он бред безмерной пустоты. Как бестелесный молох Висит полярный сполох. 2012.

               Мечта. Летней ночи чудное начало, Шопот листьев стынущих осин, За рекой заря сияет ало, В небесах густеет ночи синь. Красотой природы заворожен, Тихо млею в неге костерка. Мне доносит запахи из пожен Лёгкое дыханье ветерка. Так бы жить, веками не старея, В лёгкой неге, в тишине лесов, Ничего о прошлом не жалея, В тайном сумраке волшебных снов.

Мы неосознанно счастливы В мгновенья юности своей. Вот так же летом соловей Поёт в ветвях прибрежной ивы. В мгновенья юности своей, Звучат в душе любви напевы И производятся посевы Судьбы своих грядущих дней. Звучат в душе любви напевы - Святая память юных лет. Зари вечерней робкий свет, И нежный шопот юной девы. Святая память юных лет - Всё то, что в юности горело, Что в дни остуды душу грело, И в старости нам шлёт привет. Всё то, что в юности горело, И всё, что в жизни не сбылось В беспамятство не унеслось - Под пеплом памяти живело. И всё, что в жизни не сбылось, Что в наших душах пламенело, Что в нас весенней негой пело, Навеки с памятью срослось. Мы неосознанно счастливы В мгновенья юности своей.

На излёте времени, В суете борьбы, Не посеешь семени Собственной судьбы. Не измыслишь правила  Годного для всех, Не изыщешь заводи Где таится грех. Знаешь без прозрения, Что там впереди - На закате времени В тупике пути. 08.04.13.

          Журавли. Опять на болотах знакомых, Где детство и юность прошли, В весенней  любовной истоме, Ликуя,  трубят журавли. Они прилетели - как прежде Сюда прилетала  их мать, В извечной и смутной надежде Любовные  тайны познать. Любовные тайны познали. Всё лето в заботах прошло. Родительский долг исполняли: Детишек поднять на крыло.  На юг, как всегда, улетая, На зимние вьюжные дни, Прощальные клики сплетая, Истают, как дымка, они. .

С вершины лет в сиянье детства Смотрю, прищурив память дней. Смотрю, смотрю - не наглядеться, И с каждым годом даль ясней. Здесь всё другое -  всё милее. Трава здесь мягче, зеленее, И ветер ласковый, как кот, По мураве волной плывёт. Здесь солнце жарче и светлее, А небо выше и синее. Здесь время вовсе не идёт - Здесь  день тягучее, чем год. С вершины лет в сиянье детства Мне не вернуться никогда. И солнцем детства не согреться - Мешает этому всегда Моя седая борода.

Сумерки зимнего леса. Тишина до хрустального звона, До серебряной музыки грёз. Ледяное сияние клёна. Снеговая куржавость берёз. Здесь безвременье машет крылами, Здесь таинственный сон тишины, Здесь с небес наплывает волнами Тёмный звук виртуальной струны. 24.01.06.

        Лесная тишина. Загляну под сосны и под ели – Всюду ( посторонним не видна) На зелёной моховой постели Разлеглась лесная тишина. Даже если ветер на вершинах Закружит, очнувшись ото сна, Всё равно на моховых перинах Нежится лесная тишина. Писк синиц, осины трепетанье, Или заполошный крик желны, Не нарушат тишины молчанье, Не  отменят вечность тишины. Даже если ветер ошалело Свищет, как лесная сатана, Всё равно под елями умело Чуткая таится тишина. Март 2016

Льются слёзы ярости и горя Из невинно робких глазок воробья. Он, азартно с воробьихой споря, Упрекал её в неверности. Она Только хвостиком презрительно махала, И молила, взглядом поведя, На соседа слева - явного нахала, Молодого и лихого воробья. А соперник, глаз кося лениво – Опытный в победах воробей – Был уверен в дерзости своей. А она, в истоме пламенея. Приспустилась, крыльями дрожа, Умоляла воробья: скорее, Ну, скорее же, ну нету терпежа. Мне невыносимо ожиданье, Умоляю, Чика, налетай. Я слежу за драмой без досады, Понимаю мудрость бытия. Ощущаю злую боль надсады Хилого подростка воробья.

Музыка Есть в музыке таинственная суть. Она над нами словно дух витает, Неотвратимо в негу увлекает, В волшебный мир неясных грёз, Где всё колеблется и тает. Где каждый звук рождён, Как первое свиданье, Когда ты в негу погружён - В мучительную сладость Узнаванья. Есть в музыке святая чистота. Она легка, как тёплый луч рассвета. Она свежа, как льдистая река, Как горное сиянье света. Есть в музыке незримая тоска. Она плывёт неспешными волнами. Она невыразима и легка И навсегда овладевает нами. Есть в музыке загадочная связь, Волшебная и сказочная сила, Когда она, со сном переплетясь, Нас в бездну наслаждений уносила. Есть в музыке таинственная суть, Какое-то чудесное всезнание, В ней изначальное живёт желание, И чувства изначальный тайный путь.

             Ощущение. Запах конского пота. Стуки звонких копыт. Ощущенье полёта - Только ветер свистит.                                     Слышу вздохи рассвета, Слышу шёпот полей. Будто слышится где-то Трубный клик журавлей. Всё пронзительно мило, Всё, как будто впервой. Вот глаза заслезило - Это ветер такой. А тропа между сосен, Вдаль  куда-то маня, Словно в вечность уносит И коня, и меня. 12.02.12

             Река жизни. Я неспешно готовлюсь к уходу. Доверяю строке свою суть. И исконно земную природу, Не хочу, не могу обмануть. Не кляну, не рыдаю, не плачу, Ведь природа всемерно права. И свою внеземную удачу Принимаю, как дар божества. Не бывает безбрежное горе, Не бывает бездонной тоски. Жизнь - река, устремлённая в море, Ну, а море есть смерть для реки. 11.02.12.

Жизнь вечно переменчива И мчится кувырком, То звенькает бубенчиком,                      То глушит молотком. Сегодня солнце ластится И благостно кругом, И вот уже несчастьице Пожаловало в дом. Всё временем размелется, И радость, и беда. Судьба тропою стелется И сгинет в никуда. Пусть не пугают напасти - У жизни два лица, Одно лицо для радости, Другое – для конца. Декабрь 2016.

Когда глаза глядят в глаза, И прерывается дыханье, И по щеке бежит слеза – Любовь похожа на страданье. Когда огнём пылает взор И губы горячи, как угли – Любовь похожа на костёр, В котором полыхают судьбы. В любви всегда один в плену, Она как смертное томленье. Любовь похожа на войну -  Она есть вечное сраженье. Когда идёт борьба страстей, А на губах застыла мука – Любовь не приторный елей, Она загадочная штука.

                        Медведь. На краю Отечества, где восходов медь, В горной ванне лечится старенький медведь. В ней вода целебная,  и зимой тепло. Старенькие косточки от хвороб свело. Ревматизмом скрюченный, и частично сед, Весь такой измученный - медвежачий дед. Скверного характера был медвежий дед - Добродушных мишенек, к сожаленью, нет. Все они куражливы, нелюдимы все, Все они бродяжливы - абсолютно все. Но свои владения строго стерегут, И от покушения на лесной уют. Все границы метятся от лихих гостей, На деревьях светятся метки от когтей. До прихода нашего много тысяч лет Их восход окрашивал в тёмно-бурый цвет. На краю Отечества, где восходов медь, Пусть живёт и лечится старенький медведь.

Не поёт больше Лида Русланова, Она в горьнюю  высь вознеслась. Не звучит  её   голос сопраново, Не звенит её гордая страсть. Её голос - небес достояние Своей чистой земной красотой. Он звенел серебристым сиянием, Он сиял жемчуговой росой. Над водой, над приречными ивами Над просторной и вольной землёй Её голос звенел переливами Серебристой и чистой струёй Пройдут годы, и явится заново, Словно майский весенний восход Наша новая Лида Русланова И опять соловьём запоёт.

            Пучины. Природа искренне проста в своих первичных начинаньях, но тьма незнанья так густа, что не проникнуть свету знанья. Мы утонули навсегда в пучины нашего незнанья, и наши мелкие желанья - всего лишь пыли суета в потоке солнечного света. Мне некого винить за это - мы таковы и в том наш рок. А знанье не идёт нам впрок: во зло его употребляем - себе подобных - истребляем, себя - любимых - не щадим, как будто все в аду сидим. 12.02.12.

Солнце бы вечно сияло, Таяла б времени мгла, Если бы молодость знала, Если бы старость могла. Всё началось бы с начала, Снова б весна зацвела, Снова б любовь воссияла… Если бы старость могла. Если бы молодость знала, Если б предвидеть могла, Чем завершится начало Ясного летнего дня. Пусть же всё будет, как было, Как испокон повелось, Солнце, чтоб ярко светило, Утро сменяло бы ночь.

А жизнь во всём всегда неравнозначна. Она несёт в себе добро и зло. Лишь для судьбы любая жизнь прозрачна, И лишь судьбе от века повезло, И только лишь она сумеет раздарить - Кому добро, ну а кому несчастья. Не надобно судьбу свою хулить – Она лишь случай, и вперёд в дорогу. Давайте свою жизнь боготворить, Она достойна этого, ей богу.

В необозримом Свете Где мира торжество - Мы солнечные дети, Нам солнце – божество. Всё быть могло иначе В безвременьи геенн, И наша жизнь – удача Случайных перемен. Мы - сироты Вселенной - В безбрежности Миров Нет больше жизни тленной, И на земле наш кров. Мы - пасынки Вселенной - У Мира на краю Покорно и смиренно Влачим судьбу свою. Мы - странники Вселенной - Нам звёзды – млечный дым, Устав от жизни бренной - Летим, летим, летим.

Движение. Мы, люди, от рождения Нацелены в полёт, На вечное движение Вперёд, вперёд, вперёд. В покое и смирении Не может жить народ. Мы счастливы в движении Вперёд, вперёд, вперёд. Все наши устремления, И наших мыслей ход Направлен на движение Вперёд, вперёд, вперёд. И все свои свершения, Итоги всех забот, Устремлены к движению Вперёд, вперёд, вперёд. Нет ярче наслаждения И выше всех высот, Лишь вечное движение Вперёд, вперёд, вперёд. И пусть нас провидение Благословит на взлёт – На вечное движение Вперёд, вперёд, вперёд.

Доколе. Доколе можно унижаться, Святая Русь? Я так привык тобой гордиться,  Но я стыжусь. Какой народ так может спиться? Какая грусть. Пришла пора нам возродиться, Проснись же, Русь. А указать, куда стремиться, Я не берусь, Но нужно в дело воплотиться. Дерзай же, Русь. Пора фантазией разлиться И созидать, Тогда детьми будет гордиться Россия – мать. Не нам религии химеры, И пыль богов. Так воспарим же в горни сферы, Где блеск снегов. Где мысли свет, идей боренье, Где все творят. Где у людей от вдохновенья Глаза горят.

           Звезда золотая. Тишина без конца и без края. Бесконечный, безбрежный простор. Светит юно звезда золотая - Человечеству вечный укор. Здесь столетья мгновенно сгорают, Даже тысяча лет – здесь не срок. Светит юно звезда золотая - Вечно яркий и свежий цветок. Беспорочная юность сияет Миллиарды полуночных лет. Светит юно звезда золотая, Всем даруя живительный свет. Там горит, никогда не сгорая, Радость путников – вечный костёр. Светит юно звезда золотая, Доброту посылая в простор. Мы летим, словно искорок стая, И сгораем, чтоб тьму освещать. Только жизнь, как звезда золотая, Буде вечно и юно сиять. 15.04.05.

Издалека я слышу это пенье. Ко мне мелодию доносит ветерок. Меня всего заполнило томление, И по спине промчался холодок. Я весь насквозь восторгом ошарашен. Лечу, как птица, крылья распустив. Как хорошо среди лугов и пашен Звучит любви застенчивый мотив. Не надо слов, я  их почти не слышу. Мелодию впиваю не дыша. Она навек заполонила душу, Она, как жизнь, как счастье хороша.

            Кассиопея. Над нами в глубине бездонной Сияют звёзды ночи сонной. Горят пять звёзд Кассиопеи, Зажженные отмашкой Феи. И пять планет, от света млея, Присвоила Кассиопея. Все звёзды разного цвета. У каждой звезды есть планета.    У голубой звезды. В лучах голубого света Плывёт голубая планета. И светом неистовым пьяны Висят над землёй кассильяны. Меж них световые вакханки - Застенчивые кассильянки. Но странно, что те и другие, Совсем, ну совсем, голубые. В лучах пепелящего света У них происходит и это. Друг друга коснутся рукою – Искра пролетает дугою. И тут же, изящен и тонок, Из искры родится ребёнок. Оранжевый свет излучая, Блаженствует флора живая. Она питается светом, Не сознавая об этом. Но флора эта живая – Страшно сказать «голубая».     У белой звезды. В потоке белейшего света Пылает большая планета. Под ярким светом прозрачны и голы Леж...

              Ласточка. В небесах августовского неба Вяжет ласточка сложную сеть. На движенье безумное это Не могу без восторга смотреть. Поражает свобода полёта- Без усилий, без тяжких потуг, А мгновенный маневр поворота Повергает в восторг и испуг. Как же это возможно такое Всем законам, всем правдам назло?  Знать она существо неземное, Знать её привезли в НЛО. Над водой, над травой по заречью, Промелькнёт словно молнии дым, И так мило, так звонко щебечет, Так доверчива к людям земным. Пой же, ласточка, сей щебетанье, Я тебе, как могу, подпою. Скоро ты улетишь, до свиданья, Возвращайся же в юность мою.

Мне посчастливилось родиться В лесном краю. И я, как трепетная птица, Весной пою. Весенний лес меня лелеет – Я в тихом сне. Под старой елью голубеет Последний снег. Ещё не слышны птичьи трели, И лес затих. На мягкой, моховой постели Улёгся стих. Весенним солнышком согретый,  В тиши лесов, Как все российские поэты – Пою любовь.

Мы рабы полового гормона От рожденья до смертных седин. С тёмной страстью любовного стона Светлый разум  - не совместим. Нет похотливей твари на свете. Грязный секс возведён в божество. Злому демону брошены дети. В грязь затоптано естество. Страсть в любви – от природы награда, И она, лишь абсурда момент. Только чёрт – порождение ада - Нам в любовной игре конкурент. Ни малейшего проблеска мысли, Только похоть, лишь похоть одна. Преступленья из похоти вышли, И она не испита до дна. Твёрдо знаю – расплата прольётся, И придёт тишина и покой, Но уже никогда не вернётся Человечества век золотой. Нам бесплодие будет расплатой За безумную похоть и секс. Человечество в том виновато, Что из Мира уйдёт человек. Мы рабы полового гормона, Полового инстинкта рабы. Слышу плачь погребального звона, Вижу тени нелепой судьбы. 21.04.05.

Над лесами Оятскими Где родился и я Снова чисто и ясно Рассиялась заря. Я приветствую стоя Нарождение дня. Всё здесь с детства родное, Всё  волнует меня. Здесь и ягода спелая И реки благодать. Здесь мы стали как целое- Я, и лес, и Оять. Только здесь моя родина, Где схоронена мать. Только здесь моя родина, Где леса и Оять. А.когда, как и водится, Срок придёт умирать – Я тропинкой знакомою Прибреду на Оять. Колыхнутся приветливо За рекой ивняки, И промчатся стремительно Над водой кулики. Всё здесь жизнью наполнено – Течь, лететь, трепетать. Всё в сиянии солнечном - Ивняки и Оять. Тихо ивы качаются. Волны плещутся вспять – Так со мною прощаются Ивняки и Оять. Время мчит очумелое - За веками века. Мы теперь одно целое – Я, и лес, и река.  Над кустами приречными Будет солнце сиять, И останутся вечными, И леса, и Оять.

Неверных истин  нету, И ложных истин нет – Всё состоит из света,  Всё обратится в свет. Летит, летит комета И отражает свет- Всё состоит из света,  Всё обратится в свет. Большим теплом согрета Звезда теряет свет – Всё состоит из света,  Всё обратится в свет. И даже мирный атом Нам выдаст свой секрет – Всё состоит из света, Всё обратится в свет. Вселенная об этом Правдивый даст ответ – Всё состоит из света, Всё обратится в свет.

       Скворец.  Весенним утром, как и прежде, Стою и слушаю скворца. Прилёт весеннего певца Приносит радость и надежды. На ветке, словно на волне, Скворца качает ветер мая. Он напевает гимн весне, От чувств на цыпочки взмывая. И я весенней песне рад - Хочу слезинкой прослезится. Струит весенний светопад. Поёт восторженная птица. Весной я снова всё хочу. Я полон чувств и мыслей новых, Как будто в юности скачу За косяком коней соловых. Стою и слушаю скворца. Впиваю музыку блаженства. Всё у природы совершенство, Во всём звенит восторг творца.

          Сосёнки. Вижу – тесняться сосёнки Все устремлённые ввысь. Как озорные девчонки За руки дружно взялись. Шепчут сердечные тайны, Смехом счастливым звеня. Я вас подслушал случайно, Вы, уж, простите меня. Сосенок дружная стая – Чистый, лесной малахит, Юность под солнцем сияет, Жизнь молодая звенит. Солнцем весенним согреты, Счастьем весенним полны, Мягкой корою одеты, Косы раззеленны. Сколько метелей провеет, Сколько дождей прозвенит, Кто же подняться успеет Гордой вершиной в зенит. Вот они машут ветвями, Красной корою горя. В небо ушли головами, Новые жизни даря. Как же они горделивы, Как же прямы и стройны, И несказанно красивы В радостном блеске весны. 02.04.06.

Что же  ты со мною сотворила Нежное создание любви? Знать любовным зельем опоила: У меня брожение в крови. Красота твоя меня пленила, Волшебством своим обволокла. Ласковая, трепетная сила, Словно в поднебесье унесла. Я огнём горю, я весь пылаю, Я восторгом диким опоён, Что со мной творится, я не знаю, Только понимаю, что влюблён. Ничего не вижу и не слышу, Лишь в твои глаза хочу смотреть. Ты мою околдовала душу. Я могу в экстазе умереть. Я дрожу в восторге ожиданья, И меня пленили навсегда, Это колдовское обаянье, Эта неземная красота.

В мирах любви, где царствует согласье, Где счастье каждый миг и сладострастья плен- Таяться в глубине зародыши несчастий, Зародыши остуд, зародыши измен. В мирах тоски, в плену мертвящей скуки, Где беспросветный мрак и ужас похорон- Таяться в глубине надежды светлой звуки, Рождается любви хрустальный перезвон.

Вышел зайка на полянку - Прыг – скок, прыг – скок И с разбегу на пенёк – Шпок. А за зайчиком лягушка - Шлёп – шлёп, шлёп – шлёп, И вскочила на пенёк – Шлёп. За лягушкою кузнечик – Тресь - тресь, тресь – тресь, И с разлёту на пенёк – Клёк. Сели, посидели, Заиграли и запели. Зайка: тра-та-та, тра-та-та, А лягушка: ква-ква, ква-ква, А кузнечик: зи-зи-зи, зи-зи-зи. Прибежали звери, Прилетели птицы, И давай веселиться – Хорошо в лесу летом.

До чего ж хорошо зимним вечером – Полнолуние, тишь, воздух чист. Все деревья увешаны бисером. Снег пушист, невесом и искрист. Под луной снег сияет неистово, Как волшебная скатерть лежит. Поле будто алмазами вышито- Всё сияет, сверкает, блестит. Каждый шаг- это взрыв и сияние, Снег взлетает мильонами искр, И алмазное это мерцание Словно звёздная россыпь летит. Разве есть что-то в мире чудеснее? Здесь любые слова ни к чему. Это можно сравнить только с песнею, Той что слышится мне одному.

Жизнь не бывает однозвучной. Она звучит, как сводный хор. То словно шопот звёзд падучих, То как обвал, летящий с гор. Жизнь не бывает однозначной. Она не штык, летящий в бок. Она похожа на поток Воды, звенящей и прозрачной.

              Зимний лес. Тишина до хрустального звона, До серебряной музыки грёз. Ледяное сияние клёна. Снеговая куржавость берёз. Здесь безвременье машет крылами, Здесь таинственный сон тишины. Здесь с небес наплывает волнами Тайный звон виртуальной струны.

Как давно, как давно это было. Всё забыто, но память хитра - Словно молнией всё осветило. Словно всё это было вчера. Летний вечер. Уж солнце садится, А кругом тишина и покой, Только песня – волшебная птица, Невидимкой парит над рекой. Две девчонки, две юных певуньи, Не познавшие горьких минут Так по-русски просторно и вольно На два голоса песню поют. Кто учил их согласному пенью? Где таится исток этих чар? То природы благословенье, То природы божественный дар. Переливы, рулады, разливы - Словно где-то играет свирель. В унисон им качаются ивы, Да в кустах соловьиная трель. Я такой, как они – весь счастливый, В этот вечер за пеньем слежу, И ко мне наклоняются ивы, Я сквозь слёзы на ивы гляжу. Незаметно вдали заря гаснет. На лугу народился туман. Есть ли что-нибудь в мире прекрасней, Чем вечернее пенье славян. Как давно, как давно это было. На закате июньского дня Пенье юных певиц покорило, Навсегда покорило мен...

Когда полуночная вьюга Заносит вновь твои следы, Когда за зыбкой гранью круга Волной искрится прах воды. Я замираю в смертной муке, Душа в предчувствии дрожит, Что этой горестной разлуки Мне никогда не пережить. Стихает вьюга, тьма светлеет, В душе предчувствие надежд, И снова небо голубеет, И ветер снова чист и свеж.

Липа цветёт в июле, А черёмуха в мае. Милый меня целует, Милый меня обнимает. Чувства в душе проснулись, Слёзы из глаз выжимая. Парни любят в июле,  Ну а девушки - в мае. Липа цветёт в июле,  А черёмуха в мае. Кто-то свечку задует, Кто-то счастье поймает. Ветры злые задули - Снег, к небесам поднимая. Липа цвела в июле, А черёмуха в мае. Чувства в душе уснули, И любовь угасает. Липа цвела в июле, А черёмуха в мае.

Мы парусим по Атлантике. Все мы в душе моряки. Все поголовно романтики, Все мы слегка чудаки. Смысл отыскать в уравнении Скептикам всем вопреки. Все мы немножечко гении,  Все мы чуть-чуть чудаки. Плавно плывут парапланики – Нам ведь спешить не с руки. Все мы конечно романтики,  Все мы чуть-чуть чудаки. Скрипка поёт в упоении Под мановением руки. Все мы немножечко гении, Все мы чуть-чуть чудаки. С нами штормовки и ватники, А за спиной рюкзаки. Все мы конечно романтики, Все мы чуть-чуть чудаки. Ярким огнём озарения Вспыхнет познания храм. Это доступно лишь гениям, И иногда чудакам. Без стопроцентной гарантии- Вниз в затяжные прыжки. Это уже не романтики- Это уж сплошь чудаки.

Над берёзовой рощей Ярко светит луна. По берёзовой роще Ходит пара одна. А в берёзовой роще Соловьиная трель, А в берёзовой роще Травы стелют постель. И совсем не случайно Ветер в роще затих - Ведь любовь это тайна, Это тайна двоих. И легко и красиво Тихим облаком сна И, как будто, стыдливо Заслонилась луна. И светло, и печально Сгас вечерний мотив – Ведь любовь  это тайна, Это тайна двоих. Тихий шопот прощальный В этой роще затих. Пусть любовь будет тайной Вечной тайной двоих. Ведь любовь это тайна, Ведь любовь это тайна, Ведь любовь это тайна, Это тайна двоих.

Нас не положат в саркофаги. Не прозвучит для нас салют, И не оденут в траур флаги, И гимн над нами не споют. Припев. Бродяги мы бродяги - Покой нам ни к чему. Бродяги мы бродяги По складу своему, По складу и по ладу, По сердцу и уму. И от рождения до смерти, С младых ногтей и до седин, У всех бродяг (уж вы поверте) - Одна судьба и путь один. Всегда в пути, всегда в тревоге – Нам невтерпёж скорей узнать, Таится что в конце дороги, Какая ждёт нас благодать. Нас не положат в саркофаги, Но мы об этом не тужим, Зачем тужить - ведь мы бродяги Мы в никуда свой путь стремим.

Пошёл месяц молодой На колодец за водой. Там ждала его луна, Величава и полна. До чего же ты луна Ослепительна. Мы с тобой, луна, вдвоём К полнолунию придём. Только жаль, что у луны Дни сиянья сочтены. Лишь неделю просияла, И луны осталось мало. Снова месяц-старичок Греет солнышком бочок. Пройдёт ночь, продлится день И истает месяц в тень. Стынет в небе глубина - Не сияет там луна. Месяц с круглою луной Удалились на покой. Нынче новолуние.

Сонмы и тьмы поколений Были – зови, не зови. Я преклоняю колени Перед бессмертьем любви. Жизнь потихонечку тлеет, Время струит в никуда, Только любовь пламенеет, Только она молода. Вот уж и темя лысеет И серебрит борода, Только любовь не стареет - Вечно она молода. Жизнь интересна и трудна, Жалит порой клевета, Только любовь неподсудна И изначально чиста.

У границ земли былинной, Защитив покой людей, Горы длятся цепью длинной С давних пор до наших дней. Здесь гремела наша слава. Здесь стояла  с давних дней Богатырская застава От непрошенных гостей. От былинных дней тех давних Дожили до наших дней На отроге безымянном, Только пять богатырей. Здесь была крутая сеча - Много полегло парней. В землю вдавлены по плечи Пять  былинных силачей. Так какая злая сила Их по плечи в  землю вбила? Иноземная орда Навалилась, как всегда. Не согнулись, не упали, Не укрылись, не ушли – Землю нашу отстояли, Защитили мир земли. Но от тяжести безмерной, И от яри неземной, Все они окаменели – Стали каменной стеной. Непомерно тяжки руки, Плечи твёрже, чем гранит. Не исторгнут губы звуки, И клинок не прозвенит. Неподвижны, глухи, немы, Руки брошены вразлёт. Только гордо блещут шлемы, Да сверкает хладно лёд.

Я был, когда-то травою, Я рожью волнил золотою. Я был, когда-то водою, Дождём прошептал над землёю. Я ветром летел по-над лесом, Я вился застенчивым бесом. Я был когда-то землёю, Под солнцем дымил паротою. Я в тихом апреле родился, И жизни неспешно учился. Я рос, я мужать торопился, И вот…в старика превратился. А время вперёд гонит воду, Пора собираться к уходу. И снова я стану травою, И лес зашумит надо мною. Я ветром промчусь над полями, Землёй растянусь под ногами. Я в облако газом воспряну, И снова природою стану.

Ветер – нахалёнок, Что ты натворил? Платье у девчонок Между ног обвил. Раскачал берёзку, Тополёк пригнул, У забора доску, Пробежав, рванул, По кустам ивовым Пробежал слегка, А потом с разгону Прыгнул в облака.

Ах, вы сосны, ах, вы ели, Ах ты лес любимый мой - Зашумели, загудели У меня над головой. Сколько лет я вас не видел? Сколько зим я здесь не был? Сколько времени меж сосен Я на лыжах не ходил? Я приветствую вас стоя, Шапку снял, дышу слегка, Что-то русское, родное, Слышу в звонах ветерка. Здравствуй лес – дружище старый, Вот и снова мы вдвоём, Мы сейчас с тобой напару Песню нежную споём.

Сосны, да ели, да стрёкот сорок. В серой шинели идёт паренёк. Шапка с звездою надета на нём Крепко, с душою, затянут ремнём. Губы в улыбке, в руке чемодан – Отпуск солдату на десять дней дан. Домичек с краю, низкий порог, Здравствуй, родная! Здравствуй, сынок!